Художник Долгов В.

Коротенькие сказки

О МАКАРОНАХ, КОТОРЫЕ ОТПРАВИЛИСЬ НА ПРОГУЛКУ

Лежать в какой-то коробке и ничего не видеть вокруг, наверное, ужасно скучно. Однако случается такое.

В одной кладовке именно так лежали в коробке и скучали штук сто двадцать макарон. А поскольку макароны были настоящие, итальянские, то и говорили они по-итальянски:

– Ну и скучища! Ну и скучища!

– Скука такая, что хочется выть и кусаться, – сказала одна макаронина. – Чего доброго, еще перегрыземся до смерти.

– В сухом виде мы не съедобны, – сказала третья.

– А что, если нам прогуляться куда-нибудь, взглянуть, что делается вокруг, ведь на свете так много интересного? На свете есть карусели и качели, всякие концерты, роскошные рестораны, зоологические сады, и чего еще только нет на свете!

– Хорошо, – сказала девятая макаронина, – только разве нас пустят хоть куда-нибудь? Увидят нас и скажут: «Ага! Макароны появились!» Схватят, и конец прогулке.

– Нам нужно принять такой вид, чтобы нас никто не узнал, – сказала тридцать седьмая макаронина. – Давайте наденем плащи и шляпы.

Шли они по улице, было их сто двадцать, а прохожие говорили:

– Глядите-ка, туристская группа.

А макароны время от времени останавливались и спрашивали по-итальянски:

– Скажите, пожалуйста, где у вас можно что-нибудь интересное увидеть?

– Трудно сказать, – отвечали прохожие, – мы не знаем итальянского, но если вы хотите увидеть что-то интересное, то у нас тут есть карусели и качели, разные концерты, роскошные рестораны и зоосад и много еще чего.

– Ну, в таком случае, скажем, сперва карусели и качели, а затем концерты и зоосад, – решили макароны.

– В таком случае сперва пойдете так, а потом вот так, – объяснили прохожие.

И макароны пошли. Они увидели карусели и качели, концерты и зоосад, все это было очень интересно, но в конце концов макароны замерзли, было холодно ногам, и тогда они решили:

– Все было очень интересно, хорошо бы и остальным макаронам это видеть, а теперь пойдем посидим в каком-нибудь ресторане.

И пошли они в ресторан, чинно уселись и стали разговаривать между собой по-итальянски.

Услышал их официант и подумал: «Доставлю-ка я им удовольствие и подам итальянские макароны, пусть полакомятся».

И в самом деле принес им макароны.

Сами понимаете, макароны были приятно удивлены – и те, что сидели за столом, и те, что лежали на тарелках. Они тут же сказали друг другу:

– Вот так встреча! Как вы тут оказались?

– А, – сказали одни макароны, – от скуки мы едва не перегрызлись и решили устроить маленькую прогулку. Но так как у нас болели ноги, мы зашли сюда.

– Как же мы до этого не додумались, – сказали те макароны, что лежали на тарелках, – могли бы и мы кое-что увидеть.

– Это никогда не поздно. Мы уже кое-что повидали, а вы еще нет. Давайте поменяемся местами. Вы наденете наши плащи и шляпы, мы заберемся в тарелки, все очень просто. Ну, давайте!

И макароны, те, что были на тарелках, спрыгнули на ковер. Но метрдотель прибежал и сказал гостям:

– Простите, хотя я и не умею говорить по-итальянски, однако замечу: как вы себя ведете? Все макароны на ковре! Я думал, вы умеете есть макароны!

И побежал за метелкой и совком.

– Вот вам плащи и шляпы, – сказали одни макароны другим макаронам, – одевайтесь, а мы тем временем заберемся в тарелки.

И они забрались в тарелки, обмакнули ноги в теплый соус и почувствовали себя хорошо.

А метрдотель прибежал с метелкой и совком и видит: никаких макарон на ковре нет, а гости уходят. Он очень удивился:

– Почему же вы уходите? – спросил он. – Вам не понравились макароны?

– Простите, – ответили уходящие макароны, – как можно есть макароны, которые еще не сварены? Разве настоящие итальянские макароны едят сухими?

А метрдотель глянул и видит: на тарелках действительно лежат сухие макароны. Он очень извинялся, сам же думал: «Какой позор!»

А макароны, те, что были в плащах, улыбались ему и говорили:

– Ничего, с каждым такое может случиться.

Они помахали сухим макаронам и пошли посмотреть на качели, карусели и на остальной свет, где так много интересного.

ПЛОХО НАРИСОВАННАЯ КУРИЦА

– Курица – всего лишь курица. Нет такого человека, который бы её не видел и не знал, как она выглядит. Вот и давайте её нарисуем, – сказала однажды пани учительница детям.

Ребята взяли карандаши и принялись рисовать. Чёрным карандашом – чёрную курицу, коричневым – коричневую, а Якуб решил использовать все цветные карандаши, какие у него были. Он нарисовал курицу с оранжевой головой, синими крыльями и красными ногами.

– Какая-то странная курица у тебя получилась, – сказала пани учительница. – Вам не кажется, дети?

Ребята чуть с парт не попа́дали от смеха.

– Всё потому, – вздохнула учительница, – что Якуб очень невнимательный.

И в самом деле, курица Якуба немного напоминала индюка, немного – воробья, а немного – павлина. Она была круглой, словно капелька, и стройной, как ласточка.

– Да, очень странная получилась у тебя курица, – снова вздохнула учительница. – Двойка.

И вместо того чтобы попасть на выставку детских рисунков, курица Якоба оказалась на шкафу. Ей было очень обидно, скучно и одиноко.

– Что мне тут делать? – возмутилась курица и улетела на улицу через открытое окно.

Но курица – всего лишь курица, далеко ей не улететь. Она приземлилась в ближайшем саду, где росли прекрасная белая черешня, чёрная смородина и красная малина. Сад был чудесный, сразу видно, хозяин любит его и заботится о нём. Он принадлежал большому знатоку природы, всемирно известному учёному профессору Пиште, специалисту по птицам. Он написал о них семь книг и восьмую как раз заканчивал. Устав писать, он решил для разнообразия поработать в своём саду. Он ухаживал за растениями и думал: «На свете столько птиц, а я ни одной не открыл. Как это печально!»

И он размечтался о том, как однажды ему попадётся птица, которую ещё никто в мире не видел. И вдруг он заметил курицу, которая клевала чудесную чёрную смородину, предназначенную совсем не для птиц. Такое безобразие любого может вывести из себя. Профессор бросился к ней и стал выгонять её из сада. Курица испугалась, вспорхнула и полетела, а профессор, как увидел её во всей красе, полетел за ней следом, принялся её ловить и наконец поймал и принёс домой.

«Какая странная курица! – подумал он. – Такой ещё никто никогда не видел. У неё оранжевая голова, синие крылья и красные ноги. Она немного похожа на индюка, немного – на воробья, а немного – на павлина. Она круглая, словно капелька, и стройная, как ласточка».

Эти наблюдения профессор тут же записал, назвал курицу своим именем и понёс её в зоопарк.

Курица – всего лишь курица. Кого она может заинтересовать? Но эта была нечто особенное. В зоопарке поднялась суматоха: такой редкий экземпляр попадается раз в двадцать лет, да и то не всегда. Директор потирал руки, работники зоопарка сразу же принялись мастерить для неё клетку, да не простую, а замечательную, чудесную, прекрасную. Художник нарисовал табличку и прибил её к клетке. На табличке было написано: «Курица Пишты. Gallina Pistae».

Курица была на верху блаженства. За ней ухаживали, кормили, поили, чуть ли не пылинки с неё сдували. Она была в центре внимания, люди валом валили посмотреть на неё.

– Такого наплыва посетителей у нас ещё не было, – радовался директор зоопарка.

К кассе выстроилась огромная очередь, и в этой очереди стояла пани учительница со своим классом. Наконец они купили билеты и пошли смотреть на зверей и птиц.

– Итак, – сказала учительница, – мы с вами только что видели лошадь Пржевальского, а сейчас мы находимся перед клеткой очень редкой птицы, так называемой курицы Пишты. Она немного похожа на индюка, немного – на воробья, немного – на павлина, она круглая, словно капелька, и стройная, как ласточка. Обратите внимание на прекрасный оранжевый цвет её головы, на синие крылья и красные ноги.

Дети стояли раскрыв рот и ахали:

– Ах, какая красивая курица!

Вдруг Иванек воскликнул:

– Да ведь это же курица, которую нарисовал Якуб!

– Что за ерунду ты мелешь? – рассердилась учительница. – Какие глупые мысли приходят тебе в голову! Кстати, а где Якуб? Опять он невнимателен!

А Якуб в это время стоял перед клеткой с дикобразом, вместо того чтобы любоваться курицей Пишты.

– Куда ты смотришь? – возмутилась учительница. – Тебя что, не интересует курица Пишты? В следующий раз останешься дома! – раскричалась она на весь зоопарк. – Ты просто выводишь меня из себя!

И правда, такое невнимание к столь редкому виду курицы любого выведет из себя.