Художник Гардян А.

Без названия

– Ты когда-нибудь слушал тишину, Ежик?

– Слушал.

– И что?

– А ничего. Тихо.

– А я люблю, когда в тишине что-нибудь шевелится.

– Приведи пример, – попросил Ежик.

– Ну, например, гром, – сказал Медвежонок.

– А вот и ты! – сказал Медвежонок, однажды проснувшись и увидев на своем крыльце Ежика.

– Я.

– Где же ты был?

– Меня очень долго не было, – сказал Ежик.

– Когда пропадаешь, надо заранее предупреждать своих друзей.

После долгой разлуки они сели на крыльце и, по обыкновению, заговорили.

– Как хорошо, что ты нашелся, – сказал Медвежонок.

– Я пришел.

– Ты представляешь, если бы тебя совсем не было?

– Вот я и пришел.

– Где же ты был?

– А меня не было, – сказал Ежик.

– Мне бы знаешь, чего больше всего хотелось? – подумав, сказал Медвежонок, Ежику. – Мне бы больше всего хотелось, чтобы на каждой твоей иголке выросло по шишке.

– А что бы выросло потом?

– А потом бы ты стал настоящей елкой и жил целых сто лет.

– Это хорошо… А как бы ты со мной разговаривал?

– Я бы забирался на самую макушку и шептал в темечко.

– А когда тебя не было, ты где-нибудь был?

– Угу.

– Где?

– Там, – сказал Ежик и махнул лапой.

– Далеко?

Ежик съежился и закрыл глаза.

– Вот мы с тобой говорим, говорим, дни летят, а мы с тобой все говорим.

– Говорим, – согласился Ежик.

– Месяца проходят, облака летят, деревья голенькие, а мы все, беседуем.

– Беседуем.

– А потом все совсем пройдет, а мы с тобой вдвоем только и останемся.

– Если бы!

– А что ж с нами станет?

– Мы тоже можем пролететь.

– Как птицы?

– Ага.

– А куда?

– К югу, – сказал Ежик.

– Давай никуда не улетать, Ежик. Давай навсегда сидеть на нашем крыльце, а зимой – в доме, а весной – снова на крыльце, и летом – тоже.

– А у нашего крыльца будут потихоньку отрастать крылья. И однажды мы с тобой вместе проснемся высоко над землей. «Это кто там бежит внизу такой темненький?» – спросишь ты.

– А рядом – еще один?

– Да это мы с тобой, – скажу я. «Это наши тени», – добавишь ты.

– Если бы ко мне пришла Волчица и сказала: «Ежик, хочешь я тебя сделаю волчонком?» – я бы ей сказал: «Нет!» А ты?

– Я бы ей сказал: «Только попробуй!»

– А она бы сказала: «Соглашайся, Медвежонок, мы с тобой будем вместе есть лошадей!»

– А я бы ей сказал: «А кто будет Медвежонком?»

– А она бы сказала: «А Медвежонка не будет. Будет коричневый волчонок Топотун».

– А кто будет Медвежонком?

– Я же тебе говорю, – сказал Ежик, – Медвежонка не будет: будет коричневый волчонок Топотун.

– Отойди, – рявкнул Медвежонок. – Или я не знаю, что я с тобой сделаю.

– Так это же не я – это же волчица, – сказал ежик.

– Все равно! – сказал Медвежонок.

И заплакал.

– С тобой и поразговаривать нельзя, – сказал Ежик.

Медвежонок молчал.

– Что ж ты молчишь?

Медвежонок не ответил.

Он сидел на крылечке и горько плакал.

– Глупый ты: мы же с тобой беседуем, – сказал Ежик.

– А кто будет Медвежонком? – всхлипывая, спросил Медвежонок.