Похожие записи
Художник Набутовский С.
Отsks1951Ежик, которого можно было погладить Все ежи на свете – колючие. Не правда ли? На них столько острых иголок, что не дотронешься даже. А по головке погладить – и вовсе нельзя. Поэтому их никто никогда и не приласкал ни разу. Но одному доброму Ежику все-таки повезло. Как это произошло? А вот как. Брел Ежик по…
Художник Андреев С.
Отsks1951Заячьи уши После дождичка, в пятницу, из травы показались заячьи уши. «Зачем они здесь? – подумал Медвежонок и расколол полешко. – Обычно Заяц приходит по субботам». Подул ветер. Заячьи уши затрепетали, а потом снова встали торчком. – Удивительные уши! – пробормотал Медвежонок, замахиваясь топориком. – И ветер им нипочём… «Кррык!» – раскололось последнее полешко. Медвежонок…
Художник Елисеев А.
Отsks1951Черная курица или подземные жители Лет сорок тому назад в С.-Петербурге, на Васильевском острову, в Первой линии, жил-был содержатель мужского пансиона, который еще и до сих пор, вероятно, у многих остался в свежей памяти, хотя дом, где пансион тот помещался, давно уже уступил место другому, нисколько не похожему на прежний. В то время Петербург наш…
Художник Кочергин Н.
Отsks1951В старом сундуке На чердаке одного старого дома стоял в углу большой с открытой крышкой сундук. Когда-то в него сваливали разный хлам. А среди хлама находились и игрушки: солдат с поломанной ногой, безухий медведь, слон без хобота и растрепанная, в изорванном платье кукла. Игрушкам давно уже надоело томиться в сундуке, и давно бы они выбрались,…
Художник Авакян Э.
Отsks1951Котенок по имени Гав – Гав! Гав! – лаял щенок. – Ты меня зовёшь? – спросил котёнок. – Нет. Это я просто так лаю. – А меня так и зовут: котёнок Гав. – А меня как зовут? – спросил щенок. – Разве ты сам не помнишь, как тебя зовут? – удивился котёнок. – Подробности я…
Художник Антоненков Е.
Отsks1951Ёжик в тумане Тридцать комариков выбежали на поляну и заиграли на своих писклявых скрипках. Из-за туч вышла луна и, улыбаясь, поплыла по небу. «Ммм-у!..» – вздохнула корова за рекой. Залаяла собака, и сорок лунных зайцев побежали по дорожке. Над рекой поднялся туман, и грустная белая лошадь утонула в нём по грудь, и теперь казалось –…
