Художник OLEG
Жихарка
Далеко-далеко в сибирских дремучих лесах стояла маленькая избушка. А в избушке той жили кот да воробей, да маленький Жихарка. Кот с воробьем на охоту в тайгу ходили, а Жихарка дома на хозяйстве оставался. Полы подметал, песку топил, еду готовил, на стол накрывал. Ложки на стол раскладывает и приговаривает:
– Эта ложка – кота, эта – воробья, а эта – Жихаркина. А Жихаркина ложечка лучше всех, ручка точеная, золоченая, никому ее не отдам.
Так и жили, не тужили.
Да только прознала однажды лиса, что Жихарка дома один остается и захотелось ей Жихарку съесть. И стала лиса охоту готовить.
Утром рано кот с воробьем на охоту уходят, Жихарке наказывают:
– Ты, Жихарка, двери крепко закрывай, на улицу не выходи, в окошко не высовывайся!
Обычно Жихарка кота с воробьем провожает, дверь за ними крепко закрывает, да начинает по хозяйству хлопотать. Только вот однажды забыл Жихарка дверь закрыть. Все дела закончил: печку растопил, обед сварил, только стал ложки на столе раскладывать да приговаривать:
– Эта ложка – кота, эта – воробья, а эта – Жихаркина. А Жихаркина ложечка лучше всех, ручка точеная, золоченая, никому ее не отдам.
А на крылечке шаги чьи-то топ-топ-топ! Лиса идет! Испугался Жихарка, со стула соскочил, свою ложечку на пол нечаянно смахнул. Да поднимать уж некогда – пусть лежит! Спрятался Жихарка под печку, забился в дальний уголок, сидит, не шелохнется. А лиса уже дверь открыла да в избушку зашла. Смотрит по сторонам: нет нигде Жихарки. Да только лиса хитрая была. «Погоди, – думает, – ты мне сам скажешь где спрятался». Подошла она к столу, стала ложки перебирать.
– Эта ложечка кота, эта ложечка воробья. А где же Жихаркина? А, вот она под столом лежит. Да какая красивая, резная. Возьму-ка я ее, пожалуй, себе.
Тут Жихарка из-под печки во весь голос:
– Не бери ее тетенька, это моя ложка, я тебе ее не отдам!
А лисе только того и надо:
– Вот ты где, голубчик!
Вытащила Жихарку из- под печки, сунула в мешок, на плечо закинула, да и понесла быстрее к себе домой. Прибежала, печку затопила и собралась Жихарку жарить. Взяла она лопату, что в печь запихивают и говорит Жихарке:
– Садись на лопату.
А Жихарка быль мальчик маленький, да удаленький. Сразу смекнул, как можно лису обмануть. Сел он на лопатку, ручки-ножки растопырил, в печку не вмещается. Лиса ему говорит:
– Не так сидишь, развернись.
Жихарка к печке спиной повернулся, и снова ручки-ножки раздвинул. И опять не влезает!
– Да не так! – снова его лиса наставляет.
– А как? – спрашивает Жихарка? Я по-другому не умею. Ты бы мне, тетенька, показала!
– Экий ты недогадливый, говорит лиса.
Жихарку с лопатки лапой смахнула, сама на его место на лопатку села, клубочком свернулась, хвостиком прикрылась, лапки подобрала, ушки прижала. Только хотела у Жихарки спросить, понял ли он, да не успела ни словечка вымолвить. Жихарка лопатку подхватил да лису в печку-то и засунул и заслонкой прикрыл. Так лиса и сгорела. А Жихарка домой со всех ног припустил. Бежит, спешит.
А дома кот с воробьем сидят, горюют. Пришли они с охоты, а Жихарки-то и нет. Дверь в избушку открыта, ложки раскиданы. Сели они на лавочку, плачут.
Кот слезы вытирает:
– Вот эта ложка моя, эта воробьева. А эта, резная, красивая, теперь чья же будет?
А из-за двери голос Жихаркин раздается:
– А эта самая красивая моя ложка. Никому ее не отдам! Лиса больше не придет, я ее в печке изжарил!
Кот да воробей обрадовались, стали Жихарку обнимать да целовать, на руки подняли, стали по избе крутить. Вот радость – то была!
И по сей день кот с воробьем да с Жихаркой в той избушке живут, нас с тобой в гости к себе зовут.