Художник Дувидов В.
Солнце, Месяц да Ворон Воронович
Жили-были старик да старуха, у них было три дочери. Старик пошёл в амбар за крупою, взял мешок и понёс в дом. А в мешке-то была дыра: крупа из неё сыплется да сыплется. Пришёл домой.
Старуха спрашивает:
– Где крупка?
А крупка вся высыпалась. Нечего делать, пошёл старик собирать и говорит:
– Как бы Солнышко обогрело, как бы Месяц осветил, как бы Ворон Воронович пособил мне крупку собрать – за Солнышко отдал бы старшую дочь, за Месяца среднюю, за Ворона Вороновича младшую!
Стал старик собирать – Солнце обогрело, Месяц осветил, Ворон Воронович пособил крупку собрать. Воротился старик домой, говорит старшей дочери:
– Нарядись хорошенько да ступай на крылечко!
Она приоделась-нарядилась, вышла на крылечко.
Солнышко увидело красную девицу и взяло её в свой дом.
Приказал старик нарядиться средней дочери. Средняя дочь старика не ослушалась, приоделась-нарядилась, вышла на крылечко. Месяц увидел и утащил её.
Дошёл черёд до меньшой дочери. Говорит ей старик:
– Нарядись хорошенько да ступай на крылечко!
И меньшая дочь старика не ослушалась, приоделась-нарядилась и пошла на крылечко. Только что за порог ступила, а Ворон Воронович тут как тут, подхватил её и унёс в своё царство.
Скучно старику, говорит сам с собою:
– Не пойти ли к зятьям в гости?
Пошёл к Солнышку. Шёл-шёл, шёл-шёл… насилу пришёл.
– Здравствуй, старик! Чем тебя потчевать? – молвило Солнышко и приказало жене, чтоб настряпала оладьев.
Вот, когда тесто поспело, Солнышко уселось посреди полу. Жена поставила на него сковороду, и оладьи живо поджарились. Накормили старика и отпустили домой.
Пришёл старик к старухе, приказывает ей стряпать оладьи. Она было печь топить, а он говорит:
– Не надо!
Уселся на пол и велит ставить на себя сковородку с оладьями.
– Что ты! Али с ума спятил! – ворчит старуха.
– Ничего, – говорит, – ставь, испекутся.
Она поставила. Сколько оладьи ни стояли, ничего не испеклись, только прокисли.
Немного погодя отправился старик в гости к другому зятю – к Месяцу. Шёл-шёл и пришёл к нему ночью.
Месяц спрашивает:
– Чем тебя, старик, потчевать?
– Не заботься, – отвечает старик, – я ничего не хочу.
Месяц истопил про него баню. Старик говорит:
– Чай, в бане темнёхонько?
А Месяц:
– Не бойся, светло будет!
Пошёл старик париться. Месяц выискал в дверях щёлку, просунул в неё свой пальчик и пальчиком осветил всю баню.
Выпарился старик, погостил у Месяца и пустился в обратный путь. Пришёл домой, дождался ночи и велит топить баню. Старуха истопила, а он и посылает её париться.
– Не пойду, – говорит старуха, – в бане темно, хоть глаз выколи!
– Ступай, светло будет!
Пошла старуха, а старик помнит, как светил ему Месяц, и сам туда же: взял топор, прорубил в бане дыру и сунул в неё свой палец. Только свету не прибыло. Старуха знай кричит ему: «Темно!»
В третий раз старик пошёл к Ворону Вороновичу.
– Чем тебя потчевать? – спрашивает Ворон Воронович.
– Не заботься, – говорит старик, – я ничего не хочу.
– Ну, полезай ко мне спать на седала.
Старик подставил лестницу и полез к Ворону. Ворон Воронович посадил его под своё крыло. Переночевал старик.
Вернулся он домой, дождался вечера и говорит:
– Будем сегодня на насесте с курами спать!
– Ишь, что выдумал! Свалимся ведь!..
Пришли они в курятник, взобрались на насест.
Сидели, сидели и заснули.
А как заснули – оба на пол свалились. Рассердилась старуха и пошла в избу спать.