Художник Михальская М.

Великан-эгоист

Дети каждый день, возвращаясь из школы, заходили в сад Великана поиграть.

То был большой красивый сад, где зеленела мягкая трава. Над травой там и здесь поднимались прекрасные цветы, подобные звездам, и двенадцать персиковых деревьев было в этом саду; по весне они распускались нежными, розовато-жемчужными цветами, а к осени приносили богатые плоды. На ветвях деревьев сидели птицы и пели так сладкозвучно, что дети бросали игры и прислушивались к их голосам.

– Как нам здесь хорошо! – кричали они друг другу.

Однажды Великан возвратился домой. Он ездил навестить своего товарища, корнуэльского людоеда, и семь лет прогостил у него. За семь лет они рассказал ему все, что только мог сказать, ибо многоречивым он не был, и решил возвратиться в свой замок. Приехав домой, он увидел детей, которые играли в саду.

– Что вы здесь делаете? – крикнул он грозным голосом, и дети разбежались.

– Мой собственный сад есть мой собственный сад, – сказал себе Великан: – это всякому должно быть понятно, и я не позволю никому; кроме себя самого, играть в моем собственном саду.

И он обнес его высокой оградой и вывесил надпись:

Вход строго воспрещается

Этот Великан был такой эгоист.

Бедным детям с тех пор негде было играть. Попытались они играть на дороге, но там было слишком пыльно и много жестких каменьев, и им это пришлось не по душе. Теперь они после уроков бродили вкруг высокой ограды и говорили о том, как было красиво в саду.

– Как мы были счастливы там! – повторяли они друг другу.

Пришла весна, и на всей земле появились малые цветики и малые пташки. Только в саду у Великана-Эгоиста все еще продолжалась зима. Птицам не хотелось там петь, потому что там не было детей, а деревья позабыли расцвести. Какой-то прекрасный цветок поднял было над травою головку, но, увидав эту надпись, так огорчился за детей, что снова спрятался в землю и погрузился в сон.

Радовались только Снег да Мороз.

– Весна забыла про этот сад, – кричали они: – мы будем здесь обитать круглый год!

Снег покрыл траву своим белым широким плащом, а Мороз посеребрил все деревья. Потом они пригласили к себе в гости Северный Ветер, и он явился, закутанный в меха, и целыми днями выл и ревел в саду и срывал на крыше колпачки у труб.

– Какое восхитительное место, – сказал он: – нам надо позвать к себе в гости и Град!

И вот появился Град. Каждый день он часа по три барабанил по кровле замка, так что перебил почти всю черепицу, а потом все быстрее и быстрее носился, кружился по саду, насколько хватало сил. Он был одет в серое, и его дыхание было как лед.

– Я не могу понять, почему так запоздала весна, – говорил Великан-Эгоист, сидя у окошка и оглядывая свой белый холодный сад. – Надеюсь, что погода переменится.

Но весна таки не пришла, не пришло и лето. Осень подарила каждому саду свои золотые плоды, но этому саду Великана она не дала ничего.

– Великан слишком большой эгоист, – сказала она. Так что в этом саду все время продолжалась зима, и Северный Ветер, и Град, и Мороз, и Снег плясали между деревьев.

Как-то утром Великан лежал у себя в постели и вдруг услышал какую-то прелестную музыку. Она звучала так сладостно, что он подумал, не идут ли мимо замка королевские музыканты. Это была птичка-коноплянка, она запала у него под окном, но так давно он не слышал певчих птиц в своем саду, что это показалось ему прекраснейшей музыкой в мире. Вскоре Град перестал плясать над головой у него, и Скверный Ветер прекратил свой рев, и сладкое благоухание донеслось к нему в открытое окно.

– Наконец-то, кажется, пришла весна, – сказал Великан; и, вскочив с постели, он выглянул в сад.

Чти же он увидал?

Он увидал поразительное зрелище. Через небольшое отверстие в стене дети пробрались в сад и сидели на ветвях деревьев. На каждом дереве был маленький ребенок. И деревья так радовались возвращению детей, что тотчас же покрылись цветами, и нежно качались их ветви над головами малюток.

Всюду порхали птицы и восторженно щебетали, и цветы выглядывали из зеленой травы и смеялись. Это была прелестная картина; только в одном углу по-прежнему царила зима. Это было в самом отдаленном углу сада, и там стоял маленький мальчик. Он был так мал, что не мог достать до ветвей и только ходил кругом дерева, горько плача. Бедное дерево все еще было покрыто инеем и снегом, и Северный Ветер бушевал и ревел над ним.

– Взбирайся же, маленький мальчик! – так говорило дерево и как можно ниже пригибало к нему свои ветки; но мальчик был совсем еще крошка.

И сердце Великана смягчилось, когда он увидел это.

– Какой я был эгоист! – сказал Великан. – Теперь-то я понимаю, почему весна не приходила сюда. Я подсажу на дерево этого беднягу-малыша, а потом разрушу эту ограду, и дети у меня в саду будут веселиться всегда.

Он действительно весьма сокрушался о томе, что сделал.

И вот он осторожно спустился по лестнице, тихонько приоткрыл входную дверь и вышел в сад. Но дети, завидев его, так оробели, что все разбежались, и снова в саду наступила зима. Не убежал только маленький мальчик, потому что его глаза были наполнены слезами, и он не заметил Великана. И Великан подкрался к нему сзади, нежно поднял его рукой и посадил его на дерево. И дерево сразу покрылось цветами; и птицы слетелись к нему и начали петь свои песни. И маленький мальчик протянул ручонки, и обнял Великана за шею, и поцеловал его. И остальные дети, увидев, что Великан уже больше не злой, прибежали назад, а с ними пришла и весна.

– Теперь это ваш сад, мои милые детки, – сказал Великан, и, взяв огромный топор, он разрушил ограду.

В полдень люди шли на базар и застали Великана, игравшего с детьми в таком красивом саду, какого они никогда и не видывали.

Они играли весь день, а вечером пришли к Великану проститься.

– Но где же ваш маленький товарищ? – спросил Великан: – мальчик, которого я посадил на дерево?

Он полюбил его больше всех, потому что тот поцеловал его.

– Не знаем, – ответили дети: – он куда-то ушел.

– Скажите ему, чтоб он непременно пришел сюда завтра, – сказал Великан.

Но дети говорили, что не знают, где он живет, и что они раньше никогда его не видали; и Великан опечалился.

Каждый день, после школы, дети приходили играть с Великаном. Но ни разу не явился маленький мальчик, которого Великан полюбил. Со всеми детьми Великан был ласков, но он тосковал по своему первому маленькому другу и часто о нем говорил.

– Как хотел бы я увидеть его! – говорил Великан не раз.

Миновали годы, сильно состарился и ослабел Великан. Он уже не мог играть, а только сидел в огромном кресле, и смотрел на забавы детей, и восхищался своим садом.

– У меня много красивых цветов, – говорил он: – но самые красивые цветы – это дети.

В одно зимнее утро он, одеваясь, выглянул в окно. Теперь он уже перестал ненавидеть зиму, потому что знал, что в эту пору весна только дремлет, а цветы отдыхают.

Внезапно он начал с удивлением протирать себе глаза и все смотрел и смотрел. И действительно он увидел чудесное зрелище. В самом далеком углу сада стояло дерево, сплошь покрытое прекрасными белыми цветами. Ветви его были золотые, и на них повисли серебряные плоды, и под деревом стоял маленький мальчик, тот самый, которого он полюбил.

В великой радости Великан сбежал вниз и бросился в сад. Прямо по траве побежал он к ребенку. И когда подбежал совсем близко, лицо его побагровело от гнева, и он сказал:

– Кто осмелился ранить тебя?

Ибо на ладонях у ребенка были раны от двух гвоздей, и раны от двух гвоздей были на ногах у него.

– Кто осмелился ранить тебя? – закричал Великан опять. – Скажи мне, и я возьму мою шпагу, пойду и убью его.

– О, нет! – отвечал ребенок. – Ведь это раны Любви.

– Кто же ты такой? – сказал Великан, и странный ужас напал на него, и он опустился на колени перед этим маленьким ребенком.

И ребенок улыбнулся Великану и сказал ему:

– Однажды ты позволил мне поиграть у тебя в саду; сегодня ты пойдешь со мною в мой сад, а мой сад – это Рай.

И когда дети после школы прибежали в сад, они увидели, что Великан лежит мертвый под деревом, а дерево сплошь зацвело белым цветом.