Художник Павлова Е.

Три пряхи

Жила на свете девушка, была она очень ленивая и прясть не любила. Сколько мать ни заставляла её прясть – и ругала при этом, и упрашивала, – а ничего поделать не могла.

И вот как-то мать очень рассердилась и ударила её по рукам, а девушка, начала плакать громко-громко.

В это время мимо их дома проезжала королева. Услыхала королева плач и велела остановить лошадей. Вылезла она из кареты и пошла в дом узнать у матери, за что она так сильно бьёт свою дочь; ведь плач её даже на улице слышен. А матери стыдно было сказать, что у неё дочь такая лентяйка, она и говорит:

– Да вот, никак не могу её от пряжи оторвать – всё прядёт да прядёт. А я женщина бедная, мне на неё столько льну не напасти.

Тогда королева сказала:

– Я сама очень люблю прясть – мне больше всего нравится, когда кругом меня шуршат колёса самопрялок. Отпустите вашу дочь со мной. У меня во дворце много льна, она сможет прясть, сколько ей захочется.

Мать очень обрадовалась и послала свою ленивую дочку в королевский дворец.

Во дворце королева повела девушку наверх и показала ей три комнаты, снизу доверху набитые прекраснейшим льном.

– Перепряди мне весь этот лён, – сказала королева, – и я тогда выдам тебя замуж за моего старшего сына. Ты хотя и бедная девушка, но твоё старание заменит любое богатство.

Тут девушка очень испугалась. Столько льна нельзя было и в триста лет перепрясть, даже если работать всё время и совсем спать не ложиться.

Осталась она одна в комнате и стала плакать. Целых три дня сидела она и плакала. И до льна даже пальцем не дотронулась.

На третий день пришла королева и, когда увидела, что работа ещё даже не начата, очень удивилась и рассердилась.

– Ах, простите меня, – сказала девушка, – я эти дни очень по дому и по любимой матушке скучала.

– Ну, хорошо, – говорит королева, – на этот раз прощаю. Но с завтрашнего дня ты должна сесть за работу.

Когда королева ушла, и девушка снова осталась одна, она стала горевать ещё больше. В слезах подошла она к окну и вдруг увидела, что на королевский двор вошли три тётки. У одной из них была широкая-преширокая нога, у другой – нижняя губа невиданной величины, и висела эта губа до самого подбородка, а у третьей был огромный-преогромный палец на руке.

Остановились три тётки посреди двора; посмотрели на девушку и спрашивают:

– О чём ты, красавица, плачешь? Расскажи нам, что у тебя за горе?

Рассказала им девушка про свою беду. Выслушали они её и говорят:

– Если ты позовёшь нас на свою свадьбу, да не постыдишься назвать своими тётушками и за стол вместе с гостями посадишь, мы, пожалуй, поможем тебе.

– Ах, – сказала девушка, – помогите мне только, милые тётушки. Я всё сделаю, как вы прикажете. Идите сюда скорее и принимайтесь за работу.

Ну и закипела же тут работа! Одна тётка нитки из кудели тянет и колесо вертит. Другая – нить огромной нижней губой смачивает. Третья – нитку крутит да большим пальцем о стол постукивает. И как только стукнет пальцем о стол, так падает на пол самая тонкая, самая лучшая пряжа.

Девушка прятала от королевы своих помощниц. Когда та приходила, она показывала ей только готовую пряжу, и королева прямо не знала, как похвалить девушку за уменье и старанье.

Скоро во всех трёх комнатах и льна больше не осталось. Весь лён пряхи перепряли. Тогда встали они со своего места, попрощались с девушкой и сказали:

– Смотри, девушка, не забудь нас на свадьбу позвать.

Увидела королева пустые комнаты и громадную кучу пряжи на полу и сразу стала свадьбу готовить. Жених тоже ходил очень довольный и радовался, что у него невеста такая искусная и старательная.

Перед самой свадьбой говорит девушка королеве и жениху:

– У меня есть три тётки, они мне много добра сделали. Позвольте мне их на свадьбу пригласить и посадить с нами за один стол.

– Ну что ж, – ответила королева, – почему бы нам этого не позволить. Ничего тут плохого нет.

И вот, когда начался свадебный пир, вошли в залу три пряхи, очень пышно, но смешно разодетые.

– Добро пожаловать, милые тётушки, – сказала им невеста.

А жених посмотрел на них и говорит:

– Я не понимаю, как ты можешь дружить с такими уродами.

Потом он подошёл к одной пряхе, у которой нога была широкая-преширокая:

– Почему это у вас, тётушка, такая нога широкая?

– От работы на прялке, – отвечала она. – От работы на прялке.

Тогда подошёл жених ко второй пряхе и спросил её:

– Отчего у вас, тётушка, такая губа отвислая?

– От смачивания нитки, – отвечала она. – От смачивания нитки.

Тогда подошёл жених к третьей пряхе и спросил у неё:

– Отчего у вас, тётушка, такой палец огромный?

– От скручивания нитки, – отвечала она. – От скручивания нитки.

Тут жених испугался и сказал:

– Ну, нет, я теперь моей красавице жене даже близко не позволю подойти к колесу самопрялки. А то она, чего доброго, станет на этих тёток похожа.

Так девушка и избавилась навсегда от нелюбимой работы.