Художник Золотовская Г.
Сами виноваты
Построили себе Заяц и Зайчиха небольшой домишко в лесу. Всё вокруг прибрали, расчистили и размели. Осталось только большой камень с дороги убрать.
– Давай поднатужимся и оттащим его куда-нибудь в сторонку! – предложила Зайчиха.
– А ну его! – ответил Заяц. – Пусть лежит, где лежал! Кому надо будет, тот его обойдёт!
И остался камень лежать возле крыльца.
Бежал однажды Заяц домой с огорода. Забыл, что камень на дороге лежит, споткнулся об него и расквасил себе нос.
– Давай уберём камень! – предложила опять Зайчиха. – Смотри, как ты разбился.
– Охота была! – отвечал Заяц. – Стану я с ним возиться!
В другой раз несла Зайчиха кастрюлю с горячими щами. Засмотрелась на Зайца, который за столом сидел, по столу ложкой стучал, и забыла про камень. Налетела на него, щи пролила, сама ошпарилась. Горе, и только!
– Давай, Заяц, уберём этот проклятый камень! – взмолилась Зайчиха. – Не ровен час, кто-нибудь из-за него голову себе сломает.
– Пусть лежит, где лежал! – ответил упрямый Заяц.
Пригласили как-то Заяц и Зайчиха своего старого друга Михаила Ивановича Топтыгина на праздничный пирог.
– Приду, – пообещал Михаил Иванович. – Пирог ваш, а уж мёд мой будет.
В назначенный день вышли зайцы на крыльцо дорогого гостя встречать. Видят: спешит Михаил Иванович, большую кадушку с мёдом к груди обеими лапами прижимает, под ноги себе не смотрит.
Замахали Заяц с Зайчихой лапками:
– Камень! Камень!
Не понял Медведь, что ему зайцы с крыльца кричат, почему лапками машут, и со всего хода налетел на камень. И так он на него налетел, что перевернулся через голову и всей своей тушей угодил прямо в заячий домик. Кадушку с мёдом разбил, домик развалил.
Схватился Медведь за голову. Плачут зайцы от горя.
А зачем плакать? Сами виноваты!