Художник Саркисян П.

Так и не так

– Митя, – сказала Мура, – нарисуй мне, пожалуйста, кошку и мышку.

– Кошку и мышку? – сказал Митя. – Отлично! Нарисую тебе кошку и мышку.

И он нарисовал вот такую картинку:

– Ах, какой ты, Митя, смешной, – сказала Мура. – Разве может мышка кошку сцапать! Ведь мышка маленькая, а кошка большая. Пожалуйста, нарисуй мне другую картинку, получше.

– Неужели я ошибся? – сказал Митя. И нарисовал вот такую картинку:

– Теперь хорошо, – сказала Мура. – Всё на своём месте, где надо. А сейчас нарисуй мне, пожалуйста, лодочку и маленький домик.

– Ладно, – сказал Митя и нарисовал вот такую картинку:

Мура засмеялась и сказала:

– Ты опять нарисовал чепуху! Ну подумай сам: разве может домик стоять на воде, а кораблик плавать по земле?

– Верно, верно, – сказал Митя. – Как это я раньше не подумал! Кораблик надо в речку, а домик на горку!

И нарисовал вот такую картинку:

– Видишь, – сказала Мура, – какая отличная вышла картинка! Всё на своём месте, как надо. А теперь нарисуй мне, пожалуйста, кроватку и девочку Люшеньку.

– Ладно, – сказал Митя. – Вот тебе кроватка и вот тебе Люшенька!

– Ах, Митя, какой ты ужасный! Ты испортил всю картинку! Где это ты видел, чтобы дети клали башмаки на подушку, а сами ложились спать под кровать?

– Ай-ай-ай! – вскричал Митя. – Какой я рассеянный! Рассеянный с Бассейной!

И он нарисовал вот такую картинку:

– Прекрасная картинка! – воскликнула Мура. – Люше так хорошо на кровати, а башмакам и под кроватью неплохо! Теперь, пожалуйста, нарисуй самолёт высоко-высоко, а внизу на земле, мотоцикл.

– С удовольствием! – сказал Митя. – Люблю рисовать самолёты. И мотоциклы люблю!

Митя взял карандаш и нарисовал вот такую картинку:

Мура взглянула на неё и даже руками всплеснула:

– Нет, ты сегодня совсем невозможный! Где же ты видел, чтобы мотоциклы летали по воздуху, а самолёты катались по улицам!

Митя засмеялся и нарисовал вот такую картинку:

Мура очень похвалила её, потом достала чистый листочек бумаги и положила на столе перед Митей.

– Теперь напоследок, – сказала она, – нарисуй мне, пожалуйста, лошадку и нашего Митю.

– Это я могу! – сказал Митя. – Нарисую тебе и лошадку, и Митю.

Он взял карандаш и нарисовал вот такую картинку:

– Фу, Митя! – закричала Мура. – Ты опять нарисовал чепуху! Разве лошадь может кататься на Мите!

– В самом деле! – сказал Митя и хотел нарисовать как следует, но его позвали к телефону.

Остался чистый листок бумаги. Мура взяла карандаш, и сама нарисовала и лошадку, и Митю. Нарисовала как следует, правильно. И ей очень хотелось бы, чтобы те мальчики и девочки, которые будут читать эту книжку, тоже нарисовали и лошадку, и Митю, чтобы Митя видел, как нужно рисовать.