Художник Борисова С.
Снег пошел
– Ну вот, – сказал Ёжик. – Вот и дождались. Снег пошел.
Весь лес был в снегу, а снег все падал и падал, и, казалось, никогда уже не будет ему конца. Было так красиво, что Ёжик с Медвежонком вертели головами во все стороны и не могли наглядеться.
Они стояли на опушке посреди сказочного леса, как два маленьких деревца, полузанесенных снегом.
«Я – елка, подумал о себе Ёжик. – а Медвежонок – кто?»
Особенно были красивы в этом белом лесу полуоблетевшие огненные осинки и золотые клены. Просто немыслимо было их видеть среди черных стволов деревьев.
– Так и будут стоять до весны, – сказал Ёжик.
– Облетят.
– Как же они облетят? Зима!
– Почернеют, – сказал Медвежонок.
Ёжику не хотелось спорить. Ему хотелось только смотреть, и смотреть, и, вытянув лапу, слышать, как на нее мягко садятся снежинки.
– Снежинка-снежинка, откуда ты прилетела? – спросил Ёжик у снежинки, которая легко опустилась ему на лапу.
– Откуда? – спросил Медвежонок.
Но снежинка растаяла.
– От них толку не добьешься, – сказал Медвежонок. – Ясно откуда – с неба.
А снег все падал и падал; вот он уже стеной отгородил от Ёжика с Медвежонком лес, а Ёжик с Медвежонком все стояли в этом густом снегу, и никуда им не хотелось идти.
– Смотри не потеряйся, – сказал Медвежонок. – Ты меня видишь?
– Ага.
– Не «ага», а отвечай: вижу! Размечтаешься, ищи тебя потом. – И Медвежонок взял Ёжика за лапу. – Отвечай за тебя, – ворчал Медвежонок. – Никто не падает в волчьи ямы, один ты…
– Погоди, – сказал Ёжик.
Снег стал редеть, небо – чуть посветлело, и от этого красота сделалась такой невозможной, что Медвежонок сказал:
– Может, побегаем, а?
– Жалко топтать, – сказал Ёжик.
– Потопчем, а?
И они, хохоча и крича, наперегонки помчались по огромной поляне, оставляя маленькие следы.
А снег все летел и летел. И когда Ёжик с Медвежонком, набегавшись, ушли в дом Медвежонка, на поляне совсем скоро не осталось ни одного следа.